Евреи польши. Как евреи поселились на землях польши

April 21st, 2015 , 10:16 pm

И снова Польша.
Благодаря помощи ЖЖ-френдов, которые поставляют материалы по заявленным темам, за что им моё личное гран-мерси, я вынужден вернуться к теме евреев, которую НЕЧАЯННО . И вроде он ничего такого особо не сказал. А поляки так развонялись, что сразу стало ясно: им есть что скрывать.

Вот крайне любопытный материал, переведённый из "Нью-Йорк таймс " и подброшенный мне блогером evgeny_leskov.
Большое ему спасибо. И сразу стало понятно, почему из выживших в нацистских концлагерях евреев подавляющее большинство покинуло Польшу и рвануло, кто в Израиль, а кто в США.

Кто прочтёт, будет в шоке. Жесть.
Но я не виноват. И полагаю, что об этом люди должны знать. А поляки за это заслуживают международной порки.

Итак...
_____

Где-то в конце 1950-х по улицам Лодзя, держась за руки, шли еврейские новобрачные. Как и все выжившие польские евреи их поколения, они пережили Холокост вопреки всему. Это делало радость того момента особенно острой. "Только посмотри на них, - сказал хорошо одетый прохожий, специально повысив голос, чтобы они услышали. – Как будто они в Тель-Авиве". Смысл этих слов новобрачные прекрасно поняли: евреям не место в Польше, не говоря уже о том, чтобы быть там счастливыми.

Я думал об этих двоих людях, с которыми позднее подружился, когда читал новую книгу Яна Гросса "Страх: антисемитизм в Польше после Освенцима". Уроженец Польши Гросс, профессор истории в Принстонском университете, не включил в книгу рассказанную выше историю, хотя знал о ней. Ему нужно рассказать о гораздо больших унижениях. Он должен рассказать о том, как пережившие Холокост польские евреи, избежав судьбы 90% их общины – трех миллионов человек – возвратились на родину, где их продолжали поносить, запугивать и убивать (было совершено не менее 1500 убийств) порой так же зверски, как нацисты.

Казалось бы, если что-то могло вылечить Польшу от антисемитизма, так это Вторая мировая война. Польские евреи и христиане оказались связанными, как никогда ранее, невообразимыми страданиями, чинимыми общим врагом. Казалось бы, должна была появиться жалость к евреям, большинство из которых потеряли все, что у них было – дома, молодость, надежду, всех родных. Кроме того, их осталось совсем немного, чтобы их ненавидеть – всего 200 тысяч из 20 миллионов.

Однако, возвращающиеся польские евреи столкнулись с антисемитизмом, ужасным в своей ярости и жестокости. Так что не вызывает удивления то, что как только многие из них оказывались на польской земле, сразу же снова бежали оттуда. Многие отправились на Запад, в место, которое странным образом стало оазисом спокойствия и безопасности в сравнении с Польшей: в Германию. Те поляки, которые укрывали евреев во время войны, не стали национальными героями, а, напротив, молили евреев о молчании, чтобы соседи не прозвали их юдофилами, не побили их и не ворвались в их дома в поисках денег, которые евреи, несомненно, там оставили, или вообще не убили их.

Отношение поляков к немцам остается по понятным причинам ожесточенным. Во время своего визита в Польшу в мае папа-немец Бенедикт XVI посетил Освенцим и предусмотрительно говорил, преимущественно, по-итальянски. Однако, как напоминает нам Гросс, по крайней мере, в одном многие поляки аплодировали Гитлеру: когда он предложил окончательное решение еврейской проблемы в Германии, он позаботился и о польских евреях. Нацистская политика в отношении евреев, сообщал в 1940 году правительству в ссылке в Лондоне легендарный подпольный польский дипломат Ян Карски, сформировала "своего рода узкий мостик, где в гармонии слились немцы и большая часть польского общества".

И об этом говорил не только Карски. Свидетели в Варшавском гетто видели, как поляки с одобрением наблюдали и даже помогали нацистским солдатам в расстрелах евреев. Когда горело гетто, польские девушки шутили: "Посмотри-ка, как поджариваются отбивные из евреев". Нацистские отчеты о Judenjagd, "охоте на евреев", повествуют, как поляки искали и находили евреев, которых немцы каким-то образом упустили. Шли депортации, и, не успевали поезда в Челмно, Белжец или Треблинку, как поляки собирались на окраинах, чтобы разграбить еврейскую собственность или въехать в еврейские дома. И в то время как нацисты убили миллионы евреев, поляки убили тысячи – например, как рассказывает Гросс в другой своей книге "Соседи" (2001), которая спровоцировала скандал в Польше, в июле 1914 года в Едвабно были убиты 1600 евреев. Но в те времена на эти преступления почти не обращали внимания, да и сейчас в польских учебниках по истории о них почти не вспоминают.

Когда война кончилась, тысяча делегатов из Польской крестьянской партии приняли резолюцию, в которой благодарили Гитлера за уничтожение польского еврейства и призывали выслать оставшихся в живых. И действительно, скоро начались "зачистки". Возвращаясь в свои поселки и города, евреи слышали в свой адрес: "Что? Ты еще жив?" Их усилия вернуть свою собственность не приносили успеха – а иногда кончались фатально. Некоторых евреев конец настиг в поездах – на этот раз не в вагонах для скота, а в пассажирских поездах, из которых их просто выбрасывали. А если поезда двигались недостаточно быстро, их забивали до смерти.

Книга Гросса наполнена шокирующими, не укладывающимися в воображение образами.
Треблинка, сентябрь 1945: лунный пейзаж, усеянный кратерами. Это поляки выкопали тысячи ям в поисках золотых россыпей вперемешку с еврейскими костями и золой.
Польские синагоги, растасканные по кирпичам.
Еврейские кладбища, превращенные в мусорные свалки.
Еврейские школьники, которых притесняют, и еврейские кустари и профессионалы, которым отказывают в работе.
Пока правоохранительные органы и суд смотрели в другую сторону, евреев убивали по одиночке или в погромах. За этой резней неизбежно стояли старые "утки" о том, как евреи убивают христианских младенцев, чтобы заполучить их кровь, но с новой изюминкой: теперь евреям якобы кровь была нужна не только для приготовления мацы, но и для укрепления их истощенных тел.

Самый печально известный инцидент произошел 60 лет назад, когда жители Кельце, среди которых были полицейские, солдаты и бойскауты, забили до смерти 80 евреев. "Огромный двор был завален окровавленными трубами, камнями и клюшками, которыми еврейским мужчинам и женщинам разбивали черепа", - писал на следующий день польско-еврейский журналист Саул Шнайдерман. Это был крупнейший еврейский погром мирного времени в XX веке, отмечает Гросс. Однако он полагает, что в этом не было ничего необычного: в ту эру подобное могло случиться где угодно в Польше. Польские интеллектуалы, пишет Гросс, пребывали в шоке от происходящего в их стране. Только психопат, писал один из них, может представить себе подобную жестокость.

Спустя несколько дней после погрома польский примас кардинал Август Хлольд с презрением отверг мольбы евреев осудить римско-католический антисемитизм. После этого он заявил, что, возглавив усилия по установлению коммунистического режима в Польше (евреи действительно занимали в партии видное положение, хотя и не держали узд контроля в своих руках) евреи должны винить сами себя. Эту мысль повторил и епископ Кельце, который предположил, что евреи специально спровоцировали беспорядки, чтобы убедить Великобританию отказаться от контроля над Палестиной. Только епископ Ченстохова осудил убийства, за что немедленно был осужден своими коллегами.

Если церковь быстро разделалась с евреями, то то же верно и в отношении коммунистов, даже еврейских. Для них игнорирование еврейского положения, так же как и причастность поляков к преступлениям военного времени, было способом снискать расположение у полной подозрений страны. Кроме того, что было делать? Когда польские еврейские лидеры призвали коммунистов сделать что-то, чтобы положить конец ненависти, один чиновник ответил заранее заготовленным возражением: "Вы что, хотите, чтобы я отправил 18 миллионов поляков в Сибирь?"

Чем объяснить это безумие? Гросс припоминает знаменитое высказывание бывшего израильского премьер-министра Ицхака Шамира – о том, что поляки впитывают антисемитизм с молоком матери – лишь для того, чтобы опровергнуть его. "Оно несостоятельно ни согласно здравому смыслу, ни эмпирическим свидетельствам", - говорит он. Так же и ложные утверждения о ритуальных убийствах или еврейско-коммунистическом заговоре. Гросс настаивает на том, что поляки чувствуют свою вину: они были так глубоко причастны к еврейской трагедии, помогая и содействуя нацистам, экспроприируя еврейскую собственность, что один только вид этих призраков, возвращающихся из лагерей, ссылки или бегов, людей, которые знали грязные тайны и имели притязания на собственность, был просто невыносим. Так что евреев убивали или изгоняли.

Однако свидетельства Гросса, вплоть до антисемитской постановки в январе 1947 года около Освенцима, самого большого еврейского кладбища на планете (местный полицейский играл главную роль), опровергает его теорию. Столь огромный и разнообразный инвентарь бесчеловечности, включавший жестокость детей, которые были слишком малы, чтобы чувствовать вину или угрызения совести, выходит за рамки какого бы то ни было набора исторических условий. Более правдоподобное, хотя и менее политкорректное объяснение, заключается в том, что своим реализованным на практике антисемитизмом немцы придали смелости полякам, подтолкнув их действовать так, как они всегда считали нужным. Замечание Шамира, который сам был польским евреем, может показаться нам крайне оскорбительным, упрощенным и даже расистским. Однако, что бы ни говорил Гросс, он скорее поддерживает Шамира, чем опровергает его.

Но, в конечном итоге, в этой истории важнее всего не " почему", а "что" – что цивилизованная страна могла пасть так низко, и что такое поведение должно быть задокументировано, что о нем нужно помнить и обсуждать. Гросс это и делает. А то, что он время от времени отвлекается, что его хронология может быть сбивчива, что он повторяется и то, что ему бывает трудно совладать со своим негодованием, не играет такой уж большой роли.

Две новых волны государственного антисемитизма, в 1956-1957, и в 1968-1969, выдавили большинство тех польских евреев, которые, несмотря ни на что, продержались в этой стране. (Среди них были и те новобрачные, о которых я рассказывал. Позднее муж признался мне, что в свой первый день в Нью-Йорке он гораздо сильнее почувствовал себя на родине, чем за все время жизни в Польше). Теперь, несмотря на периодические вспышки антисемитизма – в мае, например, на варшавской улице главный раввин подвергся нападению человека, который кричал "Польша для поляков", и, несмотря на широко распространенные предубеждения против евреев, включая подозрения, что они якобы по-прежнему правят страной, Польша стала сосредоточением некро-ностальгии. В еврейском квартале Кракова раздаются клезмерские мотивы. В любом польском супермаркете можно купить мацу. А в алкогольных магазинах около витрин с польской кошерной водкой, высоко ценящейся за ее чистоту, можно встретить лица счастливых хасидов – их больше, чем вы сегодня можете встретить в Люблине или в Белостоке. Тем временем молодые люди с самыми отдаленными еврейскими связями могут вернуться к своему наследию. Но, как напоминает нам Гросс в своей угнетающей, поражающей воображение и приводящей в ярость книге, самыми счастливыми польскими евреями, не до Гитлера, а после него, были те, кто уехал.

Во всех углах и метрополиях

Заложник судеб мировых,

Еврей, живя в чужих историях,

Все время вляпывался в них.

Даже страшные тайны Холокоста, который то ли был, то ли не был… Даже увлекательные перспективы еврейского государства в центре Европы не так интересны, не в такой степени непостижимы, как тайна так называемых восточных евреев, - то есть говоривших на идиш обитателей Польши, Западной Руси, Венгрии, Румынии, Болгарии. Дело в том, что эта ветвь мирового еврейства, численностью в две трети всех евреев мира, до сих пор совершенно загадочна. Неизвестно, ни кто они, ни откуда пришли. Непроницаемая тайна лежит над историей этого народа. Эти евреи вполне определенно есть… Но кто они?! Тайны, тайны, тайны…

Из заморского из леса,

Где и вовсе сущий ад,

Где такие злые бесы,

Чуть друг друга не едят…

ПРОСТОТА И ПОНЯТНОСТЬ

На первый взгляд, все очень просто и понятно: «Монгольское нашествие в XIII веке оставило Польшу без организованной и признанной системы централизованной власти. Лишь во второй половине XIII века положение в Польше стало стабилизироваться, постепенно начали набирать силу местные князья. Для укрепления экономики государства польские короли стали приглашать переселенцев из более развитых стран, в основном из Германии. Они были очень заинтересованы в росте городов, развитии ремесел и торговли, поскольку население Польши было, главным образом, крестьянским. Поэтому торговцам и ремесленникам предоставлялись особенно выгодные условия. Тысячи и тысячи немцев начали переселяться на восток, а с ними и многие евреи, которым были обещаны особые привилегии.

Поначалу евреи жили в больших городах и в областях, примыкавших к немецким княжествам, откуда они прибыли. Постепенно, освоившись в стране и вследствие притока все новых еврейских переселенцев, они стали перебираться в другие районы.

В конце XIV века много евреев поселилось в Литве…» .

«Вслед за немцами они были вторым по важности переселенческим элементом, восстановившим польские города, разрушенные татарскими полчищами» .

И получается, что «еврейское население Восточной Европы представляло собой в основном лишь ответвление западноевропейского еврейства» .

В общем, очень логичная картина. И ее никак не меняет тот факт, что «еврейская община Польши начала формироваться еще до изгнания евреев из Западной Европы. Уже в 1264 году, за двадцать лет до изгнания их из Англии, в Польше были даны привилегии евреям всей западной части страны» .

Ведь «немецкие евреи, спасаясь от грабежей крестоносцев, осели в Польше уже к 1100 году. Здесь они процветали. Все больше и больше евреев бежало из Германии и Австрии в Польшу, где их принимали с распростертыми объятиями. Король Болеслав V даровал евреям либеральную привилегию самоуправления» .

Действительно, очень логично. Немецкие евреи проникают в Польшу, - просто распространяясь по лику Земли, без особого специального намерения. «Полагают, что уже со времен Карла Великого еврейские купцы из Германии приезжали в Польшу по делам, и многие там оставались на постоянное жительство» .

Предположение логичное, но только на правах никем не доказанной гипотезы. Потому что, честно говоря, я понятия не имею, кто это из серьезных ученых так «полагает». Не встречал я как-то книжек по этому вопросу, где кто-то всерьез что-то подобное утверждал. А если Соломон Михайлович в силах мне назвать имена этих «полагающих», то интересно было бы узнать, на какие документы они опираются. Потому что документов нет. Вообще нет. Есть народный фольклор, то есть легенды.

И если все так просто и понятно, то почему же тогда самая авторитетная из доступных мне книг на эти темы говорит: «О том, как и когда евреи появились в Польше, не существует единого мнения - это событие окутано легендами, мифами и вымыслами» .

Дж. Д. Клиер входит в число наиболее надежных еврейских историков. Ему меньше, чем остальным, свойственна небрежность во всем том, что касается истории неевреев, он наименее идеологичен. И именно он отказывается дать появлению евреев в Королевстве Польском однозначное объяснение, а также предложить какие-то раз и навсегда определенные даты.

В чем же загадка?

ПЕРЕСЕЛЕНИЕ НЕПЕРЕСЕЛИВШИХСЯ

Первая часть загадки в том, что переселяться-то на восток в общем и некому. Потому что во всех городах Германии, Англии, Франции, Швейцарии речь идет об очень маленьких еврейских общинах. И дело не в погромах и не в том, что во время пандемии чумы в XIV веке умерло так много евреев. Их никогда не было много к северу от Пиренейских гор и от побережья Средиземного моря.

К моменту падения Римской империи евреев было много в средиземноморских областях: странах Италии, Испании, Северной Африке, на Переднем Востоке; там и климат привычнее, и с нееврейским населением установились пусть и не всегда мирные, но давние и сравнительно стабильные отношения.

В Галлии евреев было много на юге, там, где климат средиземноморский. Эту южную часть Галлии называли Нарбоннской - по ее главному городу, Нарбонну. Река Луара делит Галлию почти ровно на две половины; к северу от Луары евреев было гораздо меньше, чем к югу.

Для раннего Средневековья трудно назвать конкретные цифры, но известно, что, когда короли вестготов велели евреям креститься или уходить, крестившихся было 90 тысяч. А не крестившихся и отданных в рабство христианам или изгнанных было намного больше.

Сколько было евреев в Испании XIV века, трудно сказать; называют разные цифры: от 600 тысяч до полутора или даже двух миллионов. В одной Кастилии насчитывалось до 80 общин, объединявших до миллиона евреев. Если вспомнить, что в Испании жило всего 8 или 10 миллионов человек - христиан, мусульман и евреев, - то в любом случае процент очень высокий. Евреев в Испании было так же много, как веком позже будет в Польше.

В 1391 году в Испании начались спровоцированные монахами-изуверами нападения на евреев и гражданские беспорядки. Организовывал их некий монах Фернандо Мартинес; если власти даже останавливали и наказывали погромщиков, то самого Мартинеса почему-то не трогали. Он, правда, собственноручно не убивал и не пытал, но идейную базу подводил именно он: надо немедленно окрестить всех евреев, чтобы враги Христа исчезли из Испании, не оскверняли ее землю. Где был этот поп во время сражений, где евреи проливали кровь вместе с христианами, - у меня нет никаких сведений.

Началось в Севилье, где уличные бои с перерывами продолжались три месяца. Прокатилось по всей Кастилии, перекинулось на Арагон. Изуверы, возглавлявшие обезумевшую толпу разнесли если не все общины Испании, то, по крайней мере, крупные общины - в Кордове, Толедо, Валенсии. Погромщики врывались в «юдерию» с воплями: «Вот идет Мартинес, он вас сейчас всех перекрестит!». В Барселоне евреи заперлись в крепости, заручившись поддержкой властей. Власти не выдали, но солдаты гарнизона убежали и сами участвовали в осаде крепости. Крепость подожгли, евреев убили или крестили: кроме тех, кто покончил с собой (большинство) или сумел убежать (единицы).

Вот тут появляется статистика! Известно, хотя и примерно, число убитых и крестившихся. Убито было «всего» около десяти тысяч, крестилось примерно полмиллиона человек. Сколько бежало в Марокко и в Португалию, трудно сказать наверняка. По крайней мере, счет шел на сотни тысяч. Известно, что в Португалии не менее 20 тысяч крещеных евреев вернулось к вере отцов. Им грозила за это кара, но верховный раввин и лейб-медик короля Португалии, Моисей Наварро, представил королю подлинные грамоты Папы Римского, запрещавшие крестить евреев насильно. Король разрешил евреям вернуться в иудаизм и запретил их за это преследовать.

По-видимому, евреев и после 1391 года оставалось в Испании очень много. Известно, что монахи много раз врывались в синагоги, требуя немедленно креститься. Часто синагогу тут же переделывали в храм, а евреев крестили целой общиной.

Организовывал эти безобразия епископ Бургосский Павел, воспитатель кастильского королевича и личный друг Папы Римского. В прошлой жизни это был талмудист Соломон Галеви… Таких крещеных евреев, которые часто и не изменяли принципиально круга общения и образа жизни, евреи называли «анусим» - то есть «невольники»., а испанцы - «марранами», то есть «отверженными». Каждый народ высказался в своем духе, право же, и разница - в пользу евреев.

Общее число марранов и «людей смешанной крови» в Испании определяется примерно - от шестисот тысяч до полутора миллионов (из 8 или от силы 10 миллионов всего населения). Это была своеобразная группа населения - не евреи и не испанцы. Многие из марранов действительно слились с испанцами, но большинство старалось тайно придерживаться иудаизма. Они селились отдельно, старались поддерживать знакомства в основном среди «своих»… Известен даже особый марранский погром, когда в 1473 году чернь три дня бесновалась в Кордове, в квартале марранов. Тогда прошел слух, что во время крестного хода некая девица-марранка вылила из окна ночной горшок - прямо на статую Божьей Матери. Правда или нет - теперь уже не установить, но погром был, убили больше тысячи людей, в том числе и грудных младенцев, - основных, надо полагать, врагов Божьей Матери. Был ли смысл убивать столько людей из-за одной дуры (которую опять же не убивать, а выпороть бы, и только), - это тоже вопрос, который поздно задавать.

Судя по всему, марранов в Испании было больше, чем евреев, потому что число изгнанных в 1492 году называют порядка трехсот тысяч. Уже из единой Испании: брак Фердинанда Кастильского и Изабеллы Арагонской объединял два крупнейших королевства, создавал одну большую страну. В 1492 году христианнейшие венценосцы Фердинанд и Изабелла решили, что больше иноверцы не должны осквернять собой Испанию. Принять это решение очень помогала мрачно знаменитая личность: создатель испанской инквизиции, духовник королей, монах Томас Торквемада. Сохранилась легенда, что евреи предлагали Фердинанду и Изабелле такие деньги за право остаться, что король и королева заколебались. К несчастью, Томас Торквемада подслушивал и в решающий момент ворвался в комнату, устыдил: как могут они получать мзду от врагов Христа! Хотя верно ведь: изгнав евреев, Фердинанд и Изабелла присваивали их имущество. Зачем брать часть, если можно «ариизировать» все?

Перед тем, как уйти навсегда с родины, евреи три дня мучительно прощались с родными могилами, рыдали на своих кладбищах. Как всегда, как во время любого очередного изгнания, они не хотели уходить.

«И шли, обессиленные, пешком триста тысяч, в числе их был и я, весь народ - отроки и старцы, женщины и дети; в один день, из всех областей королевства… Куда погнал их ветер изгнания… и вот - беда, тьма и мрак… и постигли их многие бедствия: грабежи и несчастья, голод и мор… продавали их в рабство в разных странах, мужчин и женщин, а многие утонули в море… Канули, как свинец. На других обрушились огонь и вода, ибо корабли горели… И история их ужаснула все царства земли… и остались (в живых) лишь немногие из всего их множества» .

Так описывал этот чудовищный «поход» дон Ицхак Абраванель, один из выдающихся руководителей испанского еврейства. Но, к счастью, Ицхак Абраванель все же преувеличил масштаб массовой гибели. Эти люди в своем большинстве все-таки не погибли, и мы очень хорошо знаем, где они оказались: Турция приняла порядка 100 000 изгнанников, еще столько же осело в Северной Африке.

Акт мрачной справедливости: эти евреи охотно шли в пираты, грабящие побережья Франции и Испании. Они оказались неплохими мореходами и воинами, да к тому же хорошо знали психологию и особенности поведения христиан. В беспощадную войну мусульман с христианами внесли они элемент и вовсе уж иррациональной ненависти и злобы. На острове Джерба еще в начале XIX века возвышалась пирамида из черепов христиан, пока ее не убрали в 1830 году по требованию французского консула.

В Италии евреев было уже несравненно меньше, чем в Испании: по разным оценкам, в XIV–XV веках - от 30 до 80 тысяч. К счастью, их никто и никуда не выгонял, и к ним даже добавились испанские изгнанники.

Число выгнанных из Англии называют разное, но все оценки колеблются между 12 и 16 тысячами человек. Это много с точки зрения организации такого шествия, - тем более, что шли ведь не молодые вооруженные мужчины и даже не бездетная молодежь, переселяясь на новые земли. Шел народ, и в это число - 12 или 16 тысяч человек - входили и грудные младенцы, и глубокие старики, и женщины на последних стадиях беременности, и кормящие матери. Но это очень мало в сравнении даже с итальянской колонией, не говоря уже об испанских евреях и о евреях мусульманского мира.

Из Франции выгнали чуть больше евреев - цифры колеблются от 80 до 100 тысяч человек. Впрочем, куда направились евреи из Франции, тоже известно - они ушли или в Италию, или в южные княжества - Лангедок и Бургундию, которые были вассальными княжествами Франции, но на которые указы об изгнании евреев не распространялись. Лишь очень немногие из французских евреев направили свои стопы в далекую, слишком холодную для них Германию.

КОЕ-ЧТО ВАЖНОЕ О ЕВРЕЯХ ГЕРМАНИИ

Что характерно, прибытие этих евреев в Германию вовсе не прошло бесследным, и уж что-то, а городские архивы в этой стране всегда содержались в порядке (что очень облегчает жизнь историкам). Нам очень хорошо известно, какие именно евреи, в каком числе прибывали в какие немецкие города, сколько их там было и куда они перемещались. Известно, что общину во Франкфурте-на-Майне основал равви Элиазар бен Натан, который пришел в этот город с семьей из Майнца в 1150 году, и такая же точность царит во всех остальных случаях.

Иногда евреев считали не по головам, а семьями: в летописях отмечалось, сколько семей прибыло в такой-то город или переехало из Майнца во Франкфурт или из Цвикау в Берлин. В этом нет ни малейшего пренебрежения к евреям - точно таким же образом очень часто оценивалась и численность христиан. И для летописцев, и для королевских чиновников были важны взрослые мужчины, главы семей - те, кто будет платить налоги, работать, нести ответственность за поддержание порядка. Женщины и дети их просто не интересовали, и летописцы их как бы не замечали.

Так вот: цифры совершенно ничтожные. Евреев в Германии было очень мало и до Крестовых походов, и черной смерти. Ведь Германия для евреев еще в большей степени, чем Британия, была лишь крайней северной периферией их местообитания: холодной и дикой страной, где они селились не от хорошей жизни. Еще раз подчеркну: чем дальше от побережья Средиземного моря, тем меньше евреев. Характерно, что большинство беглецов из Франции осело даже не в прирейнских областях, а в Эльзасе и Лотарингии, то есть на территории, спорной между Германией и Францией.

В этом малолюдстве огромную разрядку произвели погромы XI–XIII веков, а во время пандемии чумы евреи не только умирали, как и все остальные, но их еще и истребляли христиане. Конечно, изгоняемые из Франции и Англии как-то увеличили общее число немецких евреев, но на сколько? Самое большее, на 20–30 тысяч человек, и цифра эта взята с потолка. Очень приблизительная цифра.

Во Франкфурте, признанной столице немецких евреев, в 1241 году их было всего 1811. В 1499 году даже меньше - всего 1543. Подчеркну лишь, что эти цифры включают всех евреев, в том числе новорожденных младенцев. Впрочем, и в более поздние времена евреев во Франкфурте было немного. В 1709 году - всего 3019 человек при общей численности городского населения в 17–18 тысяч. В 1811 году - порядка 2–3 тысяч при общей численности горожан в 40 500 человек .

Приходится признать, что в XIV–XV веках в Германии жило очень мало евреев.

В Новое время евреям разрешено вернуться в Англию и Нидерланды, и этот процесс тоже хорошо документирован.

В Нидерландах после освобождения из-под испанского владычества в 1593 году протестанты установили широкую веротерпимость. Фактически все началось с того, что марранам дали полную возможность вернуться к вере отцов, а чаще - даже к вере дедов и прадедов. Возникли общины… прошел год, второй… а никто не преследует! Слух об этом проник и в саму Испанию… Естественно, оттуда побежал за марраном марран, и вскоре «на улицах еврейского квартала в Амстердаме XVII века можно было встретить человека, бывшего католическим исповедником при испанском королевском дворе, а теперь ставшего еврейским ученым или купцом, или бывшего испанского министра или военачальника, ставшего главой еврейской общины и участником судоходной компании, посылающей свои корабли в Новый Свет» .

Из Германии в Нидерланды тоже есть переселенцы - их несколько сотен человек; есть и выходцы из Польши и Руси. Но в основном еврейская община Нидерландов состоит из сефардов.

В Англии еще в 1649 году группа революционных офицеров приняла решение о широкой веротерпимости, «не исключая турок, и папистов, и евреев». 12 ноября 1655 года Оливер Кромвель ставит перед Национальной ассамблеей вопрос о допущении евреев в Англию, причем без всяких ограничений в правах. Кто бешено сопротивляется - так это английское купечество, но дело явно идет к положительному решению.

Как часто бывает, вмешалась совершенная случайность: между Англией и Испанией начались очередные военные действия. Британское правительство арестовало испанских купцов и их товары, а «испанцы» возьми и заяви, что они вовсе не католики, а насильно крещеные иудеи, и вовсе они не враги, а как раз самые что ни на есть друзья Англии… Между прочим, указ Эдуарда I об изгнании евреев и запрещении им жить в Англии так и не был отменен, и не отменен до сих пор. Но фактическое право жить в Британии евреи получают, когда правительство охотно предоставляет «испанским купцам» политическое убежище; и после войны в Англию течет неиссякающий ручеек марранов-сефардов. В Англии они переходят обратно в еврейство и вольно поселяются в стране. Их десятки тысяч. К ним добавляются и немецкие евреи, главным образом из Ганновера: несколько сотен человек.

Во Франции с 1648 года, после присоединения к ней Эльзаса по Вестфальскому миру по завершении Тридцатилетней войны, оказываются местные, германские евреи. Их порядка 20 или 30 тысяч человек, а очень скоро после этого правительство, опять же не отменяя средневекового указа, допускает въезд в страну итальянских и испанских евреев. К 1700 году их въезжает столько же, сколько было «трофейных» евреев из Эльзаса, полученных счастливой Францией в 1648 году. Есть серьезные причины полагать, что это потомки беглецов из Франции XIV века.

Мораль сей басни проста: евреев в средиземноморских странах много; в Германии евреев очень мало. Переселяясь в одну и ту же страну, германские евреи буквально тонут в массе сефардов.

Немецкие ученые, впрочем, нисколько не сомневаются в том, что именно с территории Германии шло еврейское заселение Польши. Но вот какая интересная деталь: все авторы, которых мне доводилось читать, очень уверенно сообщают: «В Польшу и Голландию евреи расселяются в XVI–XVIII веках» . Но переселение в Голландию документировано с немецкой скрупулезностью, указан чуть ли не каждый переселенец, а при необходимости можно поднять архивы и установить даже имена многих переселенцев. А вот переселение в Польшу не документировано никак. Нет никаких конкретных сведений - какие семьи, какие евреи и когда переехали в тот или иной польский город.


Может быть, дело тут в напряженных отношениях между Германией и Польшей? Но Германия как единое государство возникла только в XIX веке. До этого каждое княжество проводило собственную политику, и эта политика далеко не всегда была враждебной Королевству Польскому. Кроме того, многие города имели права самоуправления (знаменитое Магдебургское право), и эти города вели собственные архивы. Никогда бы ратуша таких городов не допустила, чтобы городские граждане или даже жители, не имевшие прав граждан, исчезли бы из города и их отъезд не был бы учтен. Да и не было никаких причин не отметить, что, скажем, «двадцать семей евреев в 1240 году переехали из Магдебурга в Краков». Тем не менее, таких документов нет, и приходится сделать вывод, что на протяжении нескольких веков действовал какой-то непостижимый «фактор X», который препятствовал учитывать эмиграцию евреев из всех княжеств и городов Германии в Польшу. Я не имею никакого представления, что это за таинственный «фактор X», который действовал несколько веков во всех германских городах и государствах, при всяком политическом строе и независимо от поворотов международной политики.

Характерна карта расселения евреев по Германии из Еврейского музея во Франкфурте. На ней с немецкой аккуратностью показано: кто, когда и откуда переезжал. Маленькие аккуратные стрелки показывают движение людей между маленькими красными точками - пунктами расселения. Но в сторону Польши ведет огромная красная стрела, и упирается она в огромное красное пятно во всю территорию Польши. Никакой конкретики. Ни одного определенного факта.

И приходится сделать вывод: или эмиграции евреев из Германии в Польшу не было вообще (что совершенно невероятно), или все же пресловутый «фактор X» существует.

И самое главное - численность евреев в самой коренной Польше, без Руси, уже к 1400 году составила, по крайней мере, 100 тысяч человек. К началу XVI века их сотни тысяч, то есть численность польско-литовско-русских евреев приближается к числу испанских сефардов и превышает численность итальянских евреев. Как могли крохотные германские общины вызвать к жизни это огромное сообщество? Численность польских евреев (переселенцев) значительно больше, чем в стране, из которой идет расселение! В полном соответствии с поговоркой про курочку, которая бычка родила.

В общем, глубоко прав Джон Дойл Клиер - слишком уж тут много легенд, мифов и вымыслов.

КТО ЖЕ ТАКИЕ АШКЕНАЗИ?

Вообще-то Ашкеназ - это Германия на иврите. Ашкенази - это немецкие евреи. Если считать таковыми всех евреев, когда-либо живших в Германии, то прав будет один из авторов «Лехаима»: «История ашкенази… никак не меньше полутора тысячелетий» .

Правда, В. Фоменко явно имеет в виду вовсе не всех немецких евреев, а евреев, говорящих на идиш, и это ставит его слова под очень большое сомнение. Ведь вполне определенно, что Элиазар бен Натан, пришедший во Франкфурт из Майнца, говорил не на идиш (тогда и немецкого-то языка еще не существовало), а объяснялся на латыни и на иврите.

Но в том-то и дело, что вполне авторитетная книга по истории евреев понимает слово «ашкенази» еще шире! В главе «Общинное самоуправление и духовное творчество ашкеназских евреев в X–XV веках» пишется буквально следующее: «Когда в 1211 г. Палестина вновь попала под власть мусульман, туда переселилось около 300 раввинов из Франции и Англии во главе с одним из виднейших тосафистов Шимшоном из Санса. Уже до того в Акко находилось много законоучителей, выходцев из Франции… Тяга ашкеназских евреев к Палестине никогда не прекращалась» .

Так думают не только они одни. В учебнике, который я уже много раз цитировал, на стр. 156 помещена странная карта. В ней четко показано стрелками разной конфигурации: из Испании приезжают сефарды - в Северную Африку, Францию и Англию. В Африке они и остаются сефардами, а вот из Франции и Англии в Германию тянутся уже ашкенази… .

То есть авторы учебника всерьез исходят из того, что сефарды, переселяясь в XI–XII веках в Англию, каким-то таинственным образом становятся ашкенази и в 1290 году покидают эту страну уже в новом качестве. Для любого историка или этнографа это как-то не очень достоверно.

Если использовать самый надежный признак народа - язык, то получается, что по крайней мере до XVII века существуют сефарды - тот еврейский народ, который сложился в Испании в VII–VIII веках. Они заселяют христианские страны Европы и довольно сильно меняются в них. Связь с Испанией и Португалией даже в XVII веке у евреев Нидерландов очень сильная, но в Нидерландах как раз сказывается очень важное обстоятельство… В эту страну с разных сторон въезжают евреи из Испании и других стран Средиземноморья, евреи из Германии и евреи «с востока». После погрома, учиненного на Украине, многие евреи устремляются на запад, в Голландию, и вот что из этого получается:

«Где только было возможно, сефарды сохраняли своеобразие своих обычаев и жизненного уклада. Они хранили преданность своим традициям испанских общин и гордились достоинствами своих прежних центров. В некоторых местах особые сефардские общины просуществовали в течение долгого времени наряду с местными общинами, находившимися в этих странах на протяжении многих столетий до изгнания евреев из Испании. Это привело к принципиальным изменениям в жизни еврейских общин. До сих пор община, как, например, вормсская, краковская или сарагосская, объединяла всех евреев данного города. После изгнания сосуществование нескольких общин в одном городе стало обычным явлением. Отдельная синагога, особые молитвенные обряды, общее происхождение членов той или иной общины имели большее значение, чем сожительство в данном месте. Это привело, с одной стороны, к обогащению еврейской культуры на Ближнем Востоке и, в Италии, а с другой - к некоторой напряженности между различными группами еврейского населения. Трения продолжались довольно долго: пока сефардская община достигала преобладания и объединяла вокруг себя все местное население, или пока сефарды не растворялись в местной общине, или пока все общество не примирялось с фактом сосуществования различных синагог, общин и обрядов в одном и том же городе.


После гонений 1648 года беженцы из Польши и Литвы содействовали усилению этого процесса. Многочисленные еврейские пленники оказались в Турции и были выкуплены. Часть их обосновалась там на постоянное жительство, а часть направилась в Западную Европу. Новоприбывшие ашкеназские евреи настаивали теперь, как в свое время сефарды, на своем праве основывать собственные синагоги, вводить свои молитвенные обряды и назначать своих раввинов» .

Так что получается: сефарды вовсе не тождественны ашкенази. Более того - они не тождественны и евреям Германии! Евреи, поселившиеся в Германии с давних времен или бежавшие туда из Англии и Франции, превратились если и не в другой народ, то в другую этнографическую группу. С XI–XII веков оторвались они от других сефардов, с XIII–XIV веков жили в Германии. Они говорили на немецком языке и вели себя, одевались и даже молились не так, как сефарды.

А ашкенази - это самоназвание польско-литовских евреев, которым немецкие евреи никогда не пользовались. Ашкенази говорили на идиш, а не на немецком - это хотя и родственные, но совершенно разные языки. И они не только говорили, но и вели себя, одевались и молились не так, как германские евреи и сефарды.

Современные еврейские ученые даже не отрицают существования разных еврейских этносов - они попросту их не замечают, что называется, не вдаваясь в полемику. Для них евреи - это единый народ, а не суперэтнос. Еврейским ученым удобно использовать слово «ашкенази» для обозначения всех евреев, которые жили в христианских странах Европы.

Но такое употребление термина вносит невероятную путаницу: исчезают очень серьезные различия между разными еврейскими народами. Ашкенази - это немецкие евреи? Все европейские евреи? Но итальянские совсем другие… Значит, ашкенази - это все европейские, кроме итальянских? Или ашкенази - это все европейские евреи, немецкие евреи и польско-литовские евреи? Все это одна группа? Никак нет! Четко выделяется несколько очень разных групп.

Ведь и сефарды не тождественны другим этническим группам евреев. И ашкенази - совсем не все европейские евреи.

В самом общем виде можно построить примерно такую схему: античные евреи, подданные Римской империи, расселяются в Галлии и в Британии еще во II–III веках по Р. Х. Новая волна расселения была волной сефардов - выходцев из мусульманских стран, говоривших на языке спаньоль (то есть прямыми потомками античных евреев).

Эта волна только в Италии натолкнулась на многочисленное еврейское население, которое то ли уже имело собственный язык ладино, то ли это спаньоль так изменился в Италии под влиянием и в среде местных евреев.

Во всех других странах христианской Европы сефарды, не порывая со своей исторической родиной, начали утрачивать свою идентичность сефардам и ладино Средиземноморья. Они давно осваивали Германию, а после изгнания их из Франции и Англии эта страна окончательно стала своего рода вместилищем для всех евреев христианской Европы. В Германии евреи говорили на немецком языке, продолжая использовать иврит как культовый, священный язык.

В Новое время началось «возвращение на Запад», в Англию и в Нидерланды. И вот тут-то оказывается, что единства между евреями нет. В Нидерландах сталкиваются по крайней мере три разные группы, а скорее всего - и три разных еврейских народа.

Все это, конечно, только грубая схема, но как бы ее ни уточнять, ни совершенствовать, - все это история потомков тех, кто пришел с берегов Средиземного моря, через Италию или Испанию. Нам ничего не известно об еврейских переселенцах в Европу из Византийской империи или из Персии.

И точно так же мы вынуждены сказать: евреи из Германии никак не могли создать еврейскую общину в Польше. Там явно жили какие-то совсем другие евреи. Тем более, что в Польше, задолго до Крестовых походов, уже было еврейское население…

ДРЕВНЕЕ ЕВРЕЙСКОЕ НАСЕЛЕНИЕ ПОЛЬШИ

Есть старое предание, что около 842 года умер польский князь Попель. На вече в Крушевице поляки долго спорили, кого избрать новым князем, и договорились решить дело своего рода божьим судом: пусть князем будет тот, кто первым придет в город наутро. Этим первым совершенно случайно оказался старый еврей Абрам Порохувник. Он, однако, не согласился стать князем и отдал свой жребий деревенскому колеснику Пясту: мол, Пяст тоже умный человек, и он достойнее. Такой поступок не противоречил морали язычников и был им вполне понятен. Иудаист Порохувник действовал в полном соответствии с законами и моралью языческого общества, это имеет смысл отметить.

Я хочу обратить внимание читателя на еще одно очень важное обстоятельство: этот Абрам - еврей со славянской кличкой или даже с родовым именем Порохувник, - то есть Пороховник. По-видимому, он, если и пришелец, то давний, привычный, с устоявшейся и явно хорошей репутацией. А может быть, и потомок переселенцев в нескольких поколениях.

Судя по отношению поляков, он вовсе не нахальный пришелец. Стало быть, и лично Порохувник, и, скорее всего, евреи вообще принадлежат к числу знакомых и не вызывающих раздражения. То есть и евреи, и поляки ведут себя так, как ведут себя представители двух коренных племен, давно изучившие друг друга.

Есть и еще одна легенда, что будто бы в конце IX века, около 894 года, явились из Германии евреи к польскому князю Лешеку и просили допустить их в Польшу. Лешек расспросил их об иудейской религии и дал свое согласие. Тогда, мол, многие евреи и переселились в Польшу.

Пересказывая эти откровенно легендарные истории, С. М. Дубнов внезапно переходит к тону, каким впору повествовать о реальных исторических событиях, которые хорошо документированы: «Движение евреев в Польшу усилилось с конца X века, когда польский народ принял христианство и тем связал себя с западной католической церковью и западными народами, среди которых евреи жили в значительном числе» .

В этих уверенных словах все вызывает удивление, особенно же два положения: во-первых, никаких оснований утверждать что-то подобное нет. О переселении евреев в Польшу в X или XI веках сведений не больше, чем о биографии и деяниях Абрама Порохувника.

Есть легенда, подтверждающая еще более древнее появление евреев в Восточной Европе. Связана она со строительством Праги .

Разумеется, нет ничего странного в том, что уже в раннее Средневековье евреи могут оказаться в Восточной Европе. Там ли еще они оказывались! А тут все же не Китай; все же земля, населенная какими-никакими, а европеоидами.

То, что в Польше было это древнее еврейское население, даже не противоречит более поздним волкам расселения из Германии. Ну, было какое-то очень древнее расселение, скорее всего из Византии. Жили среди полудиких славянских племен, несли им свет цивилизации, насколько было в их силах и насколько местные воспринимали. А потом начались Крестовые походы, и евреи побежали в Польшу. Волна изгнаний из Англии и Франции XII и XIV веков - и новая волна переселений в Польшу.

Все очень логично, но только вот принять эту схему никак не могу - мешают, по крайней мере, четыре важнейших обстоятельства:

1. Судя по всем древним легендам, к евреям в Восточной Европе относились как-то странно… Не как к нежелательным пришельцам, а скорее как к еще одному местному, коренному народу. Может, конечно, это связано с тем, что славяне пока еще - язычники? Что их еще не просветили, кто распял Христа и выпил всю кровь у христианских младенцев? Может быть, но, во всяком случае, есть в этих легендах некая странность.

2. И в гораздо более позднее время, на протяжении всей своей документированной истории (то есть с XII–XIV веков), евреи Восточной Европы ведут себя иначе, чем западные. Они живут в сельской местности и заняты своего рода городскими занятиями в сельской местности: ремеслами, торговлей, а особенно торгово-посреднической деятельностью. То есть, попросту говоря, становятся своего рода прослойкой между крестьянством и оптовыми купцами и промышленниками города.

3. У евреев Восточной Европы есть свой особый язык, происхождение которого тоже очень загадочно. Нигде на Западе не говорили на идиш.

4. Евреи Западной Европы гораздо малочисленнее восточных. Трудно представить себе демографический взрыв, который за считанные десятилетия превратил бы переселенцев из Германии, эти тысячи семей, в огромный народ, в десятки и сотни тысяч евреев Речи Посполитой.

Впрочем пора рассмотреть странности, которых мы пока не касались: язык идиш и поведение восточных евреев.

ТАИНСТВЕННЫЙ ИДИШ

Язык, на котором говорили польские евреи, очень близок к немецкому. Как спаньоль произошел от испанского, а ладино - от латыни или итальянского, так идиш произошел от немецкого. Авторитетный справочник полагает, что идиш «начал складываться в XII–XIII вв. в Германии, где имелись большие поселения евреев, пользовавшихся в обиходе немецкой речью с употреблением древнееврейских слов и оборотов для обозначения религиозных, культовых, судебных, моральных и др. понятий.

С переселением массы евреев в Польшу и другие славянские страны (XV–XVI вв.), в идиш стали проникать славянские слова и морфемы.

Разговорный идиш распадается на три диалекта: польский, украинский и литовско-белорусский (эти названия условны, так как не совпадают с границами данных территорий)» .

Наверное, неплохо было бы изучить самые ранние тексты на идиш, написанные еще в Германии, до начала славянского влияния: сразу многое стало бы ясно. Но таких текстов не существует, вот в чем дело. Удивительно, что никто не видел текстов, написанных на идиш в Германии, и без поздних славянских примесей. Так сказать, ранних вариантов, родившихся в Германии в XII–XIII веках, когда он «начал складываться», или хотя бы в XIV в.

Все тексты на идиш известны только с территории Польши, все они гораздо более поздние, не раньше XVI века. Все известные ранние тексты уже отражают заимствования из славянских языков, в первую очередь из польского. И таким образом происхождение идиш никак не указывает на миграцию евреев из Германии.

Причем распространен идиш по всей Речи Посполитой - и в коренной Польше, и в Западной Руси, но возникнуть он мог только в Польше, и только в очень ограниченный период - с XIV по начало XVI века. Дело в том, что польские города, включая Краков, формировались как немецкие, о чем, впрочем, уже говорилось. Только в этот период горожане в Польше говорили на немецком языке или на смеси немецкого с польским; позже город ассимилировался, стал почти полностью польским, кроме еврейских кварталов, разумеется. Причем города севера нынешней Польши, Поморья говорили только по-немецки - это была территория Ливонского ордена. Смешения немецкого с польским там не происходило, ассимиляция немцев поляками не шла. Поляки могли сколько угодно называть Данциг Гданьском, но он оставался чисто немецким городом по языку, стилю управления, населению, связям, политической ориентации.

В Западной Руси город говорил по-польски и на идиш. Немецкий квартал был только в Вильно, и не он определял лицо города. А на каком языке говорили евреи Западной Руси до образования идиш, неизвестно.

Идиш вполне определенно появился на юге Польши и оттуда распространился на Западную Русь. Говорит ли это о перемещении евреев из Польши на Западную Русь? Или заимствовался язык, а население оставалось неподвижно?

Очень загадочный язык.

В ЧЕМ РАЗЛИЧИЯ?

Различия между западными и восточными евреями есть даже во внешности. Нет-нет, не будем опять трясти нечистые косточки Геббельса! Но в Западной и Центральной Европе евреи гораздо меньше отличаются от местного населения, чем в Восточной. Это уже характерная черта, наводящая на размышления.

Еще больше различий в хозяйстве.

«В XV веке в Южной Германии, в Моравии, Богемии евреи стали заниматься виноторговлей в сельских областях. То есть часть из них стала расселяться по небольшим городкам и селам. Там они занимались посредничеством, в оптовой торговле… Евреи скупали лен, шерсть и другое сырье и перепродавали их городским оптовикам.

Так начался новый этап экономической деятельности евреев в Германии, формы которой стали впоследствии наиболее характерны для экономики Польши и Литвы, куда с XV века устремились немецкие евреи» .

То есть лишь небольшая часть западных евреев вела тот же тип хозяйства, который вели восточные евреи на протяжении всей своей истории.

Наконец, как уже говорилось, есть серьезные отличия и в местных версиях иудаизма, и в обычаях.

Это различия на этническом уровне!

Итак, приходится признать, что польско-литовские евреи составляют какую-то особую группу, отдельную от прочих общность. Эта общность никак не могла возникнуть вследствие переселения из Западной Европы или Германии.

Может быть, в формировании польских евреев приняли участие евреи Юго-Западной Руси? Ведь на юго-западе Руси евреи жили задолго до того, как о них стали упоминать поляки.

Польский сейм принял тут резолюцию о геноциде поляков на Волыни в 1943-1944 годах - прелестно. У меня куча родственников в Польше, с которыми наши семьи не теряли связи с 1939 года, и кто там из наших пращуров первым перешел в католичество или в православие, это спорный вопрос, сокрытый во мраке веков. Потому что кто из наших общих предков был поляк, а кто украинец, определялось только тем, церковь или костел он посещали по воскресеньям.
Один из моих дедушек в 30-х годах служил в польской армии, польский был его вторым родным языком, но он был православным, считал себя украинцем, и кто там кого геноцидил на Волыни, мог бы многое рассказать.
Но оставим устную историю, и поговорим об общепризнанных документально подтвержденных фактах, на основании которых Кнессет просто обязан принять резолюцию о геноциде евреев в Польше в период Второй мировой войны, и после неё.

Польские евреи, 1939 год

На территории Польши евреи жили с XI века, и примерно тогда же там стал формироваться антисемитизм, вылившийся в привилей «Privilegium de non tolerandis Judaeis» (с лат. - «Привилегия о нетерпении евреев»). В результате его применения началась массовая эмиграция еврейского населения на территорию сегодняшней Украины, а численность евреев в Киевском воеводстве к 1648 году достигла до 200 тыс. человек.
На 1 сентября 1939 года численность еврейского населения Польши составляла 3,3 млн (крупнейшая община в Европе). Из них во время войны погибло 2,8 млн, то есть 85 %, и не всех из них убили немцы - евреев с удовольствием убивали поляки, как коллаборационисты, так и польские националисты.

Поляки в Томашув-Мазовецки (Лодзинское воеводство) на отрезании еврейской бороды, октябрь-ноябрь 1939 года

.
Так 10 июля 1941 года в деревне Едвабне был учинен погром, в котором погибло около 1 500 евреев включая женщин и детей, причем доказано, что погромщики были поляками, проживающими в окрестных районах. В 2001 году Президент Польши Александр Квасьневский официально принёс извинение еврейскому народу за это преступление. Ну как Порошенко недавно принес официальные извинения польскому народу.
Всего во время Второй мировой войны поляки совершили военные преступления против польских евреев как минимум в 24 районах страны, и немцы их не организовывали - просто наблюдали. А некоторые историки (например профессор Принстонского университета Ян Томаш Гросс) утверждают, что поляки во время войны убили евреев больше, чем нацисты.

Еврейские семьи в Варшавском гетто, 1943 год

Когда Красная Армия выбила немцев из Польши, в ней оставались около 250 тысяч чудом выживших евреев (вернувшиеся из концлагерей и территорий СССР, или бывших партизан), и к тем еврейским погромам немцев уж никак не приплетешь. Польские власти официально признают, что по документально подтвержденным сведениям с ноября 1944 года по декабрь 1945 года поляками был убит 351 еврей. При этом они согласны, что определить точное количество погибших евреев в ПОСЛЕвоенной Польше не представляется возможным.
Польскими властями официально признаны погромы поляками евреев после изгнания немцев в Кельце, Кракове, Люблине, Жешуве, Тарнове, Сосновичи. Погром в Кельце 4 июля сорок ШЕСТОГО года, стал последний погромом в Европе. В нём документально подтверждена гибель 43 евреев, среди которых были дети и беременные женщины, но сколько там на самом деле погибло, одному еврейскому Богу ведомо. Польский президент Лех Качиньский назвал погром в Кельце «огромным позором для поляков и трагедией евреев», и тоже извинился.

Гробы с евреями, убитыми во время погрома в Кельце, 6 июля 1946 года

Погром в Кельце вызвал массовую эмиграцию евреев из Польши - в течение июля из неё выехало 19 тыс. человек, в августе 35 тыс., и волна отъезда спала лишь к концу 1946 года, когда положение в Польше нормализовалось, в основном благодаря карательным мерам советского военного командования. Да и евреев в Польше к тому времени практически не осталось - по переписи 2002 года сейчас в Польше проживает всего около одной тысячи евреев из 39-миллионного населения страны (для сведения - в Украине проживает около 80 тыс. евреев).
При этом изгнание евреев из Польши следует рассматривать в контексте общей этнической чистки, проводившейся тогда поляками - это и изгнание украинцев из восточных воеводств, это и изгнание немцев из присоединенных к Польше западных областей.

Причины еврейских погромов поляками, были типичными для всех времен и народов:
- распространения слухов о ритуальном убийстве евреями польского ребёнка;
- убийства евреев с целью захвата их домов и собственности и нежелание поляков возвращать присвоенное во время войны еврейское имущество;
- «Иудеополония», это такая польская вариация теории всемирного жидомасонского заговора.
Но были и специфические причины - в новой власти Польши евреев было непропорционально много, и ненависть поляков к русским и коммунизму, перекинулась на евреев.

Свастика на еврейском кладбище в Высоке-Мазовецке (Подляское воеводство), 19 марта 2012 года

Повторюсь - учитывая вышеизложенное, Кнессет Израиля просто обязан принять резолюцию о геноциде евреев поляками. Ну и о геноциде евреев русскими, заодно, чтоб два раза не вставать…


Читайте

Долгое время история польского государства и евреев развивалась в едином русле, даже можно сказать неразрывно. Древнейшие легенды говорят о сосуществовании этих народностей, начиная с IX века. Согласно одной из них некий еврейский торговец медом Авраам Проховник даже сыграл определенную роль в основании королевской династии Пястов. С тех пор евреи настолько прочно обосновались в Польском королевстве, что их количество относительно коренного населения на протяжении нескольких веков было наибольшим в Европе. И только трагические события Второй мировой войны смогли изменить это соотношение. Что же привело к тому, что евреи в Польше могли столь свободно развиваться, создав самую большую в Европе диаспору?

Исторические факты точно указывают на IX столетие. Тогда на территорию Польши начали в больших количествах проникать еврейские торговцы из разных стран, и в первую очередь с немецких земель. Это неудивительно, ведь в то время через польские территории проходили важнейшие торговые пути: «пушной», ведущий на Русь и Хазарию, и «янтарный», направлявшийся к Балтийскому морю. Для нормального ведения бизнеса им требовалось иметь на польских землях возможность для проживания. Считается, что один из польских князей Лешко, впечатлившись рассказом евреев о своей истории, дал им привилегии, открывавшие широкие возможности.

Так, начиная с 905 года (момента появления привилегий), еврейские купцы могли спокойно расселяться по территории Польше, оседая в узловых пунктах стратегических торговых путей. Данную ситуацию ускорило и то, что один из последующих польских правителей, князь Мечислав I‚ в 966 году принял католичество, попутно став вассалом германского императора. С этого момента западные границы Польши стали свободно пересекать представители немецкого купечества, среди которого значительную часть составляли евреи.

Расселение иудеев по польскому государству происходило довольно активно, что подтверждает первый же документ, напрямую связанный с ними. Это купчая на участок земли, которую граф Петр Власт приобрел в деревне Малый Тынец у некоего еврея, которая датируется серединой XII века. В этот же период в Кракове представители местной еврейской диаспоры даже управляли монетным двором, подтверждением чему служит наличие монет с отчеканенными на них надписями на иврите: «Мешко-король», «Мешко-король Польский». Мало того, на части монет встречаются даже еврейские имена: «Йосеф Калиш», «Авраам Йосеф» и некоторые другие. Современные исследователи предполагают, что на них выбиты имена мастеров либо евреев, взявших монетное дело на откуп.

Серьезная еврейская община на границе XII-XIII веков существовала в городе Вроцлав. Именно оттуда в настоящее время пришли первые имена иудеев, проживавших в Польше. Это Йосеф и Хацкель, владельцы земельных наделов в деревне Сокольники, а также кантор Давид, умерший в 1203 году, чья могильная плита найдена на вроцлавском кладбище.

XIII век принес Европе множество испытаний. Начало им положило монголо-татарское нашествие. Огромная армия кочевников за несколько лет почти полностью сумела подавить сопротивление древнерусского государства и хлынула в Центральную Европу. Главный удар пришелся по Польше. Непривычные к оригинальной тактике боя татарской конницы польские рыцари терпели постоянные поражения и теряли территории. Захваченные кочевниками населенные пункты грабились и разрушались, оставшиеся в живых люди уводились в плен. После прохождения чужеземного войска оставались только руины городов и невозделанные поля.

Чтобы оживить страну, требовались люди, и польские князья стали для этой цели приглашать немцев, вместе с которыми в Польшу стало прибывать множество евреев. Из новых поселенцев в Польше стало образовываться еще одно сословие, дополнившее два прежде существовавших, состоящих из помещиков и крестьян. С их помощью экономика страны стала понемногу восстанавливаться, а города возрождаться. Видя значительную пользу от прибывающих в страну еврейских мигрантов, польские правители старались максимально облегчить их проживание в новых условиях. Так, правящий в Калише князь Болеслав Благочестивый в 1264 году принял закон, названный Калишским статутом, который гарантировал евреям широкие полномочия и поощрял их деятельность.

Княжеская генеральная грамота гарантировала иудеям, проживающим в его уделах, широкий ряд привилегий. Им гарантировалась полная свобода перемещений и торговли. Споры между евреями были подсудны только князю. Противоправные действия против представителей данной нации жестко наказывались, начиная от довольно внушительного штрафа и заканчивая конфискацией имущества, шедшего в княжескую казну. Любые обвинения в сторону иудеев должны были подтверждаться равным количеством поляков и евреев, что практически полностью выводило их из-под наказания. В свою очередь, при нападении преступников на еврея поляки обязаны были прийти тому на помощь, в противном случае им грозил внушительный штраф.

Разрабатывая данный статус, князь Болеслав как базу использовал перечень привилегий князя Лешко, изданных в 905 году. Чтобы его собственный закон не был отменен потомками, Болеслав Благочестивый утвердил свою грамоту с припиской «На вечные времена» и заставил подписать ее всех своих вассалов. В дальнейшем, в период правления короля Казимира Великого, положения Калишского статуса были распространены на территорию всей Польши, хотя церковь старалась всеми силами противостоять подобному движению. Но, несмотря на серьезное противодействие церкви, светское руководство государства видело перспективы от сотрудничества поляков с евреями и всячески способствовало иудейской колонизации государства. В данном случае интересы польских князей и государства практически полностью совпадали, ведь евреи напрямую подчинялись сначала им, а впоследствии королям, принося в казну солидные доходы.

Спустя 100 лет после варварского татарского нашествия на Европу обрушилась новая напасть. Март 1348 года отметился появлением «черной смерти» – эпидемией чумы. Началась она в Генуе, куда болезнь завезли моряки. Страшный недуг в считанные недели охватил большую часть Западной Европы, после чего попал в Скандинавию и на Британские острова. Во всех местах, где появлялась чумная зараза, начинали массово умирать люди, причем количество жертв в крупных центрах исчислялось десятками и сотнями тысяч.

Как ни парадоксально, но меры противодействия еврейской колонизации стран Европы со стороны католической церкви, во многом поспособствовали тому, что процент иудеев, погибших от болезни, был гораздо меньшим, чем среди европейцев. Согласно требованиям церковников евреи должны были проживать в отдельных кварталах, не посещать мероприятия, организовываемые представителями титульных наций, не принимать пищу за одним столом. Кроме того, уровень личной гигиены, сохранившийся в еврейской среде еще со времен их проживания в Израиле, был значительно выше.

Однако малограмотные европейские обыватели были далеки от понимания данного факта. Они видели другое: евреев умирает гораздо меньше, чем европейцев, поэтому здесь не обходится без злого умысла. Первые слухи о том, что в массовых смертях виноваты евреи, появились спустя 3 месяца после начала эпидемии. Это произошло в Испании, в Барселоне. Подогретая слухами толпа, ринулась в еврейские кварталы, громя дома иудеев и убивая их хозяев. Тогда погибли несколько десятков человек. После этого случая папа Климент VI вынужден был издать указ, в котором отвергалась версия причастности иудеев к массовой гибели людей. Однако на обычных людей он не оказал никакого влияния.

Вскоре в Савойе местный герцог распорядился взять под стражу группу евреев и подвергнуть их пыткам. Один из арестованных, врач Балавиньи, не выдержав истязаний, оговорил себя и нескольких своих «собратьев», сказав, что они составили заговор против европейского населения. Их группа разработала рецепт особой смеси, убивающей исключительно европейцев, а потом полученную отраву начали рассылать своим соплеменникам. Те стали разбрасывать ее по христианским колодцам, отчего люди стали массово умирать. Немедленно во все концы были разосланы гонцы с тревожной вестью, и сразу же повсюду началось истребление евреев.

Практически во всех странах Западной Европы поднялась волна антиеврейских действий. Их убивали, дома разрушали, а бизнес отбирали. Наиболее щадящими действиями были простые изгнания иудеев с мест их постоянного проживания. Среди всей этой вакханалии насилия единственным светлым пятном выглядела Польша, в которой действовал Калишский статус, поэтому погромы имели локальный характер. Выжившие среди эпидемий и погромов евреи потянулись в Польшу. В те годы страной правил Казимир Великий, относившийся к вынужденным переселенцам весьма благосклонно. Беженцы из европейских стран могли свободно расселяться по Польше, получив в ней еще на несколько столетий спокойное убежище.

У евреев даже существует поверье, что само название Польши обозначает место для получения убежища. На иврите название этой страны звучит как «Полин». В то же время, еврейское словосочетание «по лин» дословно переводится, как «здесь живи». Легенда даже гласит, что во времена переселения бегущих от погромов евреев с неба им упала записка с данной надписью, будто бы сам Всевышний указал им дорогу к спасению. Таким образом, евреи и поселились в Польше.

Е врейские организации Польши обнародовали в минувший понедельник открытое письмо, в котором выражают возмущение всплеском нетерпимости, ксенофобии и антисемитизма, охвативших их страну после принятия «закона о Холокосте», вызвавшего международный скандал.

Об этом пишет во вторник, 20 февраля, сайт газеты The Jerusalem Post .

В этом послании, выложенном на сайте «Союза еврейских общин Польши» и подписанном десятками польских евреев, говорится, что пропаганда ненависти вышла за пределы интернета и охватила общественную сферу.

«Мы уже не удивляемся, когда члены местных советов, парламентов и государственные чиновники вводят антисемитизм в общественный дискурс. Количество угроз и оскорблений в адрес на еврейской общины Польши, растет» , – приводит издание выдержки из этого письма.

Авторы послания выражают признательность президенту Анджею Дуде, премьер-министру Матеушу Моравецкому и лидеру партии «Право и справедливость» Ярославу Качиньскому за осуждение антисемитизма, подчеркивая однако, что эти слова падают в пустоту и не окажут никакого влияния без решительных действий.

«Накануне пятидесятой годовщины антисемитской кампании 1968 года и спустя 75 лет после восстания в Варшавском гетто польские евреи вновь чувствуют себя в этой стране незащищенными» , – говорится в письме.

Напомним, 6 февраля президент Польши Анджей Дуда подписал скандальный «закон о Холокосте», вводящий уголовную ответственность за пропаганду идеологии украинских националистов, отрицание Волынской резни и утверждения о пособничестве поляков нацистам в годы Второй мировой войны.

Речь идет о поправках к закону об Институте национальной памяти, утвержденным Сенатом Польши 1 февраля, согласно которым, в частности, человек, публично обвиняющий Польшу в преступлениях, совершенных во время Холокоста, в пособничестве нацистской Германии, военных преступлениях или преступлениях против человечности, может быть приговорен к тюремному заключению сроком на три года.

Закон запрещает использовать словосочетание «польский лагерь смерти» при описании концлагерей, существовавших на территории оккупированной Польши. Наказанию будут подвергнуты и те, кто попытаются «сознательно преуменьшить ответственность истинных виновников этих преступлений».

Подписывайтесь:

Этот закон вызвал неоднозначную реакцию в Израиле. В течение нескольких дней, предшествовавших утверждению закона Сенатом Польши, его содержание вызвало гневную реакцию со стороны многих израильских политиков, включая премьер-министра и президента страны.



Похожие публикации